Патогенные
факторы
Патогенные
факторы
Мораль и
нравственность
Мораль и
нравственность



























Главная >> Экология чтения >> Патогенные факторы

 
 

Е.Е. ПРОНИНА,
кандидат психологических наук, доктор филологических наук

Защита детей от патогенной информации

Современное состояние информационного рынка отличается известной парадоксальностью. С одной стороны, ни для кого не секрет, что информационная продукция может наносить не только экономический, но также значительный моральный и психологический вред. С другой стороны, практически всегда предупреждения об опасности основываются на бывших ранее прецедентах и почти никогда не связаны с экспертизой той продукции, которая реально предлагается потребителям. Такая аргументация воспринимается как отвлеченная и необязательная и теми, кто производит информационную продукцию и не заинтересован в каких-либо ограничениях, и теми, кто получает информацию, но из-за отсутствия реальных способов защиты своих прав и интересов, предпочитает не знать о её вредных свойствах. Эта ситуация в целом и является истинной причиной того, что закон о защите прав потребителей информационной продукции и, в особенности, молодежи до сих пор не принят Думой даже к обсуждению. Общественные институты столь слабы, что не оказывают почти никакого противодействия производителям информационной продукции. Проявляют беспокойство пока только специалисты и очень небольшое количество наиболее «продвинутых» представителей аудитории: как правило, это те же специалисты, только находящиеся в позиции родителей, педагогов, врачей и т.д..

Выход из сложившейся ситуации связан прежде всего с активизацией общественной дискуссии и формированием общественного мнения по вопросам защиты инфосреды. Большое подспорье здесь может оказать экспертиза реальной продукции, если сделать её доступной широкой общественности на специальных сайтах, в популярных и специализированных изданиях (имеются в виду, например, журналы, выходящие под эгидой Общества потребителей, а также специальные бюллетени). Результаты конкретной экспертизы позволят привлечь внимание общественности к проблеме информационно-психологической безопасности, способствовать более осознанному выбору продукции потребителями, что в свою очередь может повлиять на спрос и заставить производителя считаться с требованиями общества. Одновременно необходимо создать общественный орган (Совет по СМИ при Обществе защиты прав потребителей или Общественной Палате), который служил бы местом кристаллизации общественной активности. Только сильный общественный орган может заставить с собой считаться и выйти на диалог с государственными и законодательными структурами как равноценный партнер. И только тогда начнется реальный процесс формирования механизмов законодательного и исполнительного регулирования инфосферы.

Мнение специалистов и экспертиза продукции могут, таким образом, сыграть роль катализатора общественной активности и опоры общественного мнения.. Это ставит на очередь развитие системы и технологии экспертизы информационной продукции, включая обоснование экспертизы, определение задач, стандартных процедур и удобных средств диагностики.

Экспертиза продукции для детей. Особенности детской психологии

Основная задача экспертизы информационной продукции – защита права детей на безопасное и свободное развитие. Такая экспертиза состоит в выявлении факторов, способных нанести вред физическому, эмоциональному, психическому состоянию ребенка, а также негативно сказаться на перспективах психического созревания и развития личности. Дополнительной задачей экспертизы (при наличии соответствующего заказа) может являться определение развивающего потенциала продукции для той или иной возрастной группы.

Необходимость экспертизы информационной продукции для молодежи также как и введение возрастной классификации такой продукции, связана в первую очередь с уязвимостью детской психики по отношению к информационным воздействиям вследствие несформированности важнейших психических функций и структур, обеспечивающих адекватную переработку информации и психологическую защиту личности.

Общие особенности детской психики

Говоря об особенностях детской психики, определяющих восприятие информационной продукции детской аудиторией, следует учитывать специфику 1) когнитивного (интеллектуального), 2) волевого, 3) нравственного и 4) аффективного (эмоционального) развития личности.

1. Важной чертой детской психики является слабая способность дифференциации (разграничения) разных типов реальности – то, что психологи называют «уровнем тестирования реальности»1. Вследствие этого, например, ребенок, верит, что подарки приносит именно Дед Мороз (в норме такая вера может сохраняться вплоть до 10 лет), а не родители. Страшные персонажи: Баба-Яга, Фредди Крюгер, привидения и т.д., воспринимаются в раннем и дошкольном возрасте (а иногда и позже) как реальные, что способствует «овеществлению» страхов и помещению их в реальный мир. Ребенок, вследствие возрастных особенностей психики слабо различающий вымысел и реальность, начинает опасаться внезапного появления этих персонажей на улице, из темных углов комнаты, ванной, туалета и т.д.

 

Согласно исследованиям возрастных психологов2, детское мышление отличается синкретизмом (недифференцированностью), что способствует магическому восприятию реальности3. И это прежде всего анимизм (одушевление неживого), наивный реализм («овеществление» психических явлений – страхов, фантазий, мыслей и т.д.), предпричинность (замена причины порядком следования, желанием субъекта и т.д.), трансдукция (отсутствие стремления к логической непротиворечивости, несформированность логических операций), слияние аффекта и интеллекта (субъективность восприятия), отождествление вещи и мысли о ней, замещение предметного образа значением и ряд других, обуславливающих формирование особой картины мира, где объективная и субъективная реальности не разделяются, действуют законы сопричастности и партиципации4. Все развитие ребенка идет по пути преодоления первоначального синкретизма к высоко дифференцированному мышлению, характеризующемуся адекватным восприятием реальности и различных её форм: искусственных (виртуальных) моделей, художественных образов, отвлеченных (научных) понятий, игр, субъективных мнений, заблуждений и т.д. Все это виды реальности, отличающиеся специфическими закономерностями и правилами конструирования и понимания5. Некоторые из них начинают вычленяться в дошкольном возрасте, другие становятся доступными только на достаточно зрелых ступенях развития, по мере обучения и овладения инфосредой, а отдельные с трудом различаются даже высоко образованными, интеллектуально развитыми людьми.

Нечеткая дифференциация фантазии и реальности, факта и мнения, суждения и оценки приводит к повышенной внушаемости, сензитивности (впечатлительности, сверхчувствительности), ранимости и т.д. Психика ребенка особенно уязвима для сообщений, несущих сверхэмоциональную, пугающую, ложную, логически искаженную, двусмысленную, многозначную, противоречивую, асоциальную, ненормативную информацию. По отношению к детской аудитории абсурдны такие традиционные оправдания производителей и распространителей информационной продукции как: «надо понимать юмор», «это условность, художественный вымысел, искусство», «никто не спутает игру и реальность» и т.п.

2. Не менее абсурдно, если не сказать ханжески, звучат слова: «не хочешь – не смотри». Известно, что ребенок еще не в полной мере способен к произвольной регуляции своих действий, особенно в случаях конфликта потребностей и целей. Эта особенность детской психологии хорошо известна и неспециалистам. По этой причине в мировой правовой и криминалистической практике дееспособность ребенка, а также его ответственность за совершенные деяния ограничена или даже полностью исключается в зависимости от возраста.

3. При обсуждении качества информационной продукции помимо возможного травматического воздействия необходимо также иметь в виду то влияние, которое информация оказывает на формирование психики ребенка. Детский и подростковый возраст является сензитивным периодом (наиболее подходящим временем) для становления высших психических функций, формирования способности к ценностно-опосредованной регуляции поведения. Искажения в трансляции ценностей могут повлечь необратимые изменения в психотипе человека: способах преодоления препятствий, паттернах мышления и поведения, эмоциональной саморегуляции, устойчивости к деструктивному воздействию и т.д., что, как правило, приводит к формированию зависимостей разного рода и утрате способности к самодетерминации.

Согласно представлениям современных психологов, нравственная сфера личности также складывается поэтапно, проходя последовательно ряд фаз (так называемых уровней морального развития по Колбергу) от внешней детерминации поведения посредством наказания-покрепления к внутренней регуляции посредством личностных ценностей6. Своеобразной промежуточной стадией является усвоение социально заданных образцов, правил и норм поведения как безусловно истинных и следование им «не за страх, а за совесть», руководствуясь понятиями чести и достоинства. Усвоение норм и социальных требований обеспечивает социальную адаптацию ребенка, а также развитие волевого самоконтроля, что впоследствии гарантирует возможность перехода на более высокий уровень – способность формировать ценности и следовать им, независимо от меняющегося окружения. Попытки обесценивания ценностей, высказывание сомнений по поводу социально одобряемых норм и правил, компрометация авторитета родителей, учителей может нанести непоправимый ущерб формированию личности в определенном возрасте. В то же время для старших подростков сомнения в целесообразности и разумности некоторых норм и правил, рефлексия социальных стереотипов и требований, развенчание ложных авторитетов, выраженное в корректной форме, окажется полезным.

4. Нравственная и волевая регуляция поведения тесно связана с возможностью контролировать собственные инстинктивные побуждения и эмоциональные состояния. Этапы становления мотивационно-потребностной сферы личности, особенности эмоциональной саморегуляции описываются эпигенетической теорией развития Э.Эриксона. Вслед за основоположником психоанализа, З.Фрейдом, автор эпигенетической теории считает возраст 6 – 11 лет латентной фазой развития сексуальности, для которой нормально отсутствие интереса к сексуальной стороне жизни, усиление познавательных и коммуникативных потребностей. Следующий затем возраст отрочества и юности определяется Эриксоном как период освоения новых социальных ролей, обретение эго-идентичности, в том числе поло-ролевой идентичности на основе четко определенных положительных моделей для подражания.

Учитывая все указанные параметры, определяющие развитие психики и формирование личности: уровень тестирования реальности, уровень произвольности поведения, уровень морального развития и уровень мотивационно-потребностного развития, – можно сформулировать основные требования к информационно-психологической безопасности продукции для каждой возрастной категории.

Возрастная классификация информационной продукции

Возрастная классификация информационной продукции, предлагаемая в проекте закона о защите молодежной аудитории (пять градаций: 1 - универсальная, для широкой аудитории, 2 - разрешенная к использованию с 6 лет, 3 - с 12 лет, 4 - с 16 лет и 5 - с 18 лет), соответствует основным периодам психического развития, традиционно выделяемым классиками отечественной и зарубежной психологии7. Преимущественное внимание в контексте рассматриваемой проблемы уделяется дошкольному, младшему школьному, подростковому и раннеюношескому периодам. Каждый из указанный периодов отличается качественным своеобразием интеллектуальной и мотивационно-потребностной сферы личности, особенностями эмоциональной и волевой регуляции поведения. Соответственно предлагается выделять 5 категорий информационной продукции (как показано на схеме 1) по степени её психологической опасности/безопасности для каждого возрастного периода.

На схеме хорошо видно, как увеличивает объем допустимой и доступной информации с возрастом. Наиболее высокие требования безопасности предъявляются к информационной продукции категории «универсальная», поскольку она предназначается для всех возрастов, включая самых маленьких. Эта продукция – самая безопасная и потому может распространяться без ограничений. Продукция для взрослых, то есть людей старше 18 лет подвергается наименьшему ограничению в плане содержания (определяется существующим законодательством) и наибольшему в плане распространения, так как такая информация может нанести значительный вред детской психике. Эта продукция – потенциально опасна для большой части широкой аудитории и её оборот должен строго контролироваться. Соотношение количества ограничений по содержанию и распространению продукции, таким образом, носит обратный характер. Чем строже контролируется содержание, тем шире может распространяться продукция и наоборот.

Схема 1. Система возрастной классификации информационной продукции

0 6 лет 12 лет 16 лет 18 лет  
  с 18 лет
  с 16 лет
  с 12 лет
  с 6 лет
универсальная

Психологические требования к содержанию информационной продукции для детей и подростков

Требования информационно-психологической безопасности к продукции СМИ необходимо разрабатывать с учетом уровней когнитивного, волевого, морального и аффективного развития, свойственного каждой возрастной категории. Ниже в таблице приводятся примеры вероятных патогенных факторов воздействия информационной продукции в зависимости от возраста и уровня психического развития. Следует учесть, что, если некое свойство определяется как вредное для какого-либо возраста, то оно вносится в списки ограничений также для всех предшествующих возрастных категорий.

Табл. 1. Возрастные ограничения на содержание информационной продукции

возрастные периоды 0 – 5 6 – 11 12 - 15 16 – 17
уровни психического развития Патогенные факторы:
уровни тестирования реальности аномальные персонажи, соединяющие одушевленное и неодушевлен­ное (телепузики), не сответствующие никаким реальным прототипам чрезмерно страшные персонажи, всемогущество, необоримость зла презентация ненорматив­ных точек зрения в виде частных мнений провоцирова­ние сопротивления и протеста с помощью создания образа преследова­теля в лице родителей, взрослых, власти
уровень волевой регуляции показ передачи во время, нарушающее режим ребенка реклама игрушек, сладостей, развлечений привлечение «авторитетов», «кумиров», дискредитация авторитета родителей дискредитация образа-Я подростка
моральное развитие демонстрация и поощрение запрещенных ребенку действий демонстрация и поощрение нарушения норм и правил поведения отрицание ценностей, цинизм провоцирова­ние сомнений относительно фундаменталь­ных базовых ценностей
аффективное развитие демонстрация и поощрение враждебного поведения детей по отношению к родителям, старшим эротические сцены и образы, открыто агрессивное поведение, беспомощность жертвы сексуализиро­ванный юмор, использование нецензурной лексики дискредитация, высмеивание традиционых ролей, включая гендерные роли

Предлагаемая таблица позволяет соотнести отдельные элементы сообщений с возрастными возможностями интеллектуального, эмоционального и нравственного освоения информации. Так, «демонстрация и поощрение враждебного поведения по отношению ко взрослым» (пример: рекламный ролик 2003 г. «Milky way: только для детей!») эксплуатирует внутренние конфликты эдиповой фазы, характерные для возраста 3 - 5 лет (строка «аффективное развитие», первая возрастная категория), что может вызвать фиксацию и усиление аффекта сопротивления и, как следствие, нарушение контакта с родителями. Патогенное значение «рекламы игрушек, сладостей, развлечений» определяется прежде всего слабым волевым контролем базовых побуждений и склонностью к немедленному удовлетворению потребностей в дошкольном и младшем школьном возрасте. «Демонстрация и поощрение нарушения норм и правил поведения» (рекламный ролик 2006 г. «Шоколад Аленка: Что еще нужно человеку?») в информации, рассчитанной на младший школьный возраст, приходит в противоречие с основным принципом моральной регуляции данного периода – ориентацией на авторитет родителей и социальные нормы и способно привести к нарушениям поведения, вплоть до глубокой дезадаптации ребенка. «Дискредитация Образа-Я подростка» в старшем подростковом возрасте, блокирует механизмы саморефлексии и делает невозможным сознательный волевой контроль поведения.

Указанные в таблице примеры патогенного воздействия далеко не являются исчерпывающими, а только поясняющими. Список потенциально опасных элементов информационной продукции должен накапливаться и расширяться за счет экспертизы конкретных прецедентов и психологических исследований аудитории.

Методы психологической экспертизы информационной продукции

Полная процедура экспертизы включает четыре основных этапа:
1) Предварительное определение потенциально опасных элементов информационной продукции (посредством описанной классификации ограничений, реестров патогенных элементов информации, а также норм закона).
2) Отбор методик для проверки предположений относительно наносимого ущерба и поражаемых сфер психики.
3) Проведение эмпирического исследования (опрос, эксперимент, лонгитюд, и т.д.).
4) Составление заключения по результатам исследования, в случае выявления патогенных эффектов внесение прецедента в реестр опасной информации.

В ряде случаев (при наличии в прошлом аналогичных прецедентов, прописанных норм закона) первый этап может оказаться достаточным для вынесения решения о безопасности/вредности информационной продукции и составления заключения. В сомнительных случаях могут быть привлечены разнообразные методы исследования особенностей восприятия информации целевой аудиторией, включая социологические (анкетирование, опросы, интервью, фокус-группы), психосемантические (управляемый ассоциативный эксперимент, субъективное шкалирование8) и проективные методы9.

 


1 Жане П. Психические автоматизмы. М., 1913; Журавлев И.В. «Миф» и психоз: к проблеме анализа фактов высказывания. //Языковое бытие человека и этноса: психолингвистический и когнитивный аспекты. М., Ин-т языкознания РАН, 2004. – С. 75 – 88.
2 Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. М., 1994.
3 Дж. Золотая ветвь. М., 1986; Пронина Е.Е. Магическое мышление и мифологический текст. //Пронина Е.Е. Психология журналистского творчества. М., МГУ, 2003 – с. 43 – 85.
4 Леви-Брюль Л. Первобытное мышление. М., 1996.
5 Маслов О.Р., Пронина Е.Е. Психика и реальность: типология виртуальности. // Виртуальная реальность. М. Российская ассоциация искусственного интеллекта, 1998. – с. 211 – 224.
6 Kohlberg L. The philosophy of moral development. NY: Harper & Row, 1981.
7 Эльконин Д.Б. К проблеме периодизации психического развития в детском возрасте. // Вопросы психологии.1971, № 4; Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М., 1982; Выготский Л.С. Проблемы возрастной периодизации детского развития.// Вопросы психологии. 1972, № 2; Эриксон Э. Детство и общество. М., 1998; Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. М., 1994.
8 Петренко В.Ф. Основы психосемантики. М., 1997; Семиотика и искусствометрия. М., 1977.
9 Пронина Е.Е. Психологическая экспертиза рекламы. М., РИП-холдинг, 2001.

 



Комментарии







 
   


© 2010-2017 РадугаМедиа.
Все права защищены.
О замеченных ошибках просьба сообщать
на radugamedia@mail.ru.
Дизайн RadugaLabs.
Разработка IT-Raduga.